•Stay•

Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

•Stay• > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
вторник, 11 декабря 2018 г.
Без названия. Taint 20:02:03

Lost & delirio­us

Сказка о Монстре.docx

Подробнее…Их легенды пытаются уберечь их от ошибок, но они никогда не верят. Им говорят: «не ходи по лесу в ночи, не заходи глубже в чащу», но они никогда не слушают. Их глаза не способны увидеть даже шорох в листве, а ноги точно не унесут от беды. Их сердца выдают себя во тьме, а запах страха непреодолимо и точно несет к ним смерть.

То был лес с сердцем темнее беззвёздной ночи. То был лес, в котором не желал бы уснуть ни один лютый зверь. То был дом тьмы и пристанище для любого, жаждущего нести боль и страдания. С наступлением темноты раздираемый стонами земли от мук сотнями чудовищ, живущих там.

-Я чую новых гостей, - бархатистый рык, пробирающийся под кожу идеально острым скальпелем.

Теперь им не сбежать, что бы они не сделали. Две тени блеснули в холодном свете луны, накрывающем кривые лапы безлистных деревьев, умирающую, почти черную сущую траву, оголяющую грязь земли. Стук сердец отдается в их голодных телах, рождая лишь один, неподвластный разуму, инстинкт. Теплые, хрупкие, сладкие. Еще ни о чем не догадываются, но им уже отрезают путь к свободе, перерезая как ножницами нити их судеб.

-Слишком быстро бьются… - выдохнул один беззвучный шепот.

-Там… дети, - ответил ему второй и тень застыла, скрываемая ночью, потому невидимая для зрения людей.

-Дети, - облизнулся первый и рванул с нарастающей скоростью и дрожью своего плотоядного существа.

Но не успел он и приблизиться, как его сбила тень, заставляя отлететь на десятки метров, ломая ветки кустов и сучья деревьев. На шум и треск люди обернулись, наконец заподозрив что-то неладное. Они заметили сияние хищных глаз и тут же рванули к свободе, думая, что им хватит сил.

-Какого черта ты творишь?

-Дети не способны по-настоящему бояться и дать отпор. И ты называешь себя охотником?

Блеск оскала одного и титаническое спокойствие другого. Они больше не произносили слов, но ощущали ярость и чистую злобу друг друга как нельзя четче. Все закончилось тем, что первый рванул, решив во что бы то ни стало завоевать эту сладкую добычу, оставив другого в тяжелых раздумьях. Не прошло и минуты, как лес заполнился страшными воплями, такими обычными для этого края. Десятки холодных глаз выглянули из тьмы в печали – эта добыча досталась не им. А тень стоял на месте, смотря на свет единственно вечной ему спутницы, будто требуя от нее ответа.

Раздался детский оглушающий плач и все тело дернулось спазмом, таким необычным для вечно спокойного и уверенного в своих силах охотника. Он быстро нагнал своего товарища, расправившегося со взрослыми и теперь надвигающегося на двух маленьких беззащитных созданий, даже не понимающих что происходит, а плачущих от того, что их уронили на холодную землю.

-Тебе мало двоих, чтобы насытиться? – тень отвлек его внимание, заставив остановиться.

-Мне всегда мало. Будто ты не знаешь какая бездонная пропасть в нас.

-Ты прав, - выдохнул он и хватило человеческого вдоха, чтобы сократить расстояние и еще меньше, чтобы разорвать его грудную клетку и изъять все еще бьющееся черное сердце жестокого убийцы, - именно поэтому я заполняю ее себе подобными.

Глаза товарища беззвучно вопрошали, смотря с изумлением и страхом. Тело уродливо изогнулось в свой последний раз и опало на землю, в алую лужу крови людей, заливая ее своей чернильной мерзостью. Плачь продолжался и сквозь него едва можно было услышать шорох приближения остальных. Все замерли, немея от страха перед чудовищем, убившим чудовище. Им показалось, что он улыбался, словно на мгновение стал самым счастливым в этом убогом краю.

Он хотел было уйти сразу после того, как сердца были сожраны, но стоило сделать пару шагов в чащу, как детей окружили другие слабые твари, опьяненные человеческим запахом. Ему забавляло, как они держат дистанцию и, сделав шаг к ним, он заставил их всех попрятаться по кустам обратно. Усмехнувшись, он подошел к детям и услышал легкие вздохи и рыки отчаяния. Многие из них из своей слабости давно не ели и уже на грани своего существования. Решаться ли они отобрать единственный доступный им сейчас корм? Что-то внутри затрепыхалось от этих мыслей, и он склонился к плачущим дрожащим комочкам, сразу вдыхая странную сладость их тел – до тошнотворности приторно. Он размышлял над тем, как другие твари могут это есть, когда

самому даже касаться их не хотелось. А может он уже привык к горечи и даже гнили, казавшейся ему вкуснее любого самого сладкого десерта. Неуклюжие когтистые лапы сгребли обоих вместе с землей, оставляя рваные следы на почве. Десятки глаз следили за каждым его движением, как гиены, ждущие ухода насытившегося льва. Но в этот раз хищник забрал все, не оставив объедков. Он мучительно медленно уходил с поляны, еле сдерживая издевательскую улыбку, слыша эти тихие шорохи за собой. Они шептались, решая взять количеством, но каждый из них готов был дать деру, стоило ему хоть раз взглянуть на них. Решаться ли они сделать хоть что-нибудь, чтобы выжить? Его чертовски интересовало на сколько люди и твари различаются в страхе перед смертью, но по итогу это было единственное, что их объединяло и делало до омерзения похожими. Он не хотел оставлять себе детей и нес их краю леса, чтобы оставить людям, которые смогут взрастить из них новую пищу. Он редко выходил за границу леса, ему это было не нужно – люди сами лезли в лапы чудовищ столько лет, даже и не думая что-то менять. Интерес заставлял выглядывать, но там все вокруг было ужасно не похоже на его дом, на то место, где он родился, вырос и жил так много столетий. Он не боялся, скорее ему было там скучно и все до приторности сладко, как и запах от детей. Он взглянул на них, мирно уснувших в лапах чудовища, даже не представлявших, сколько их сородичей мучительно погибло от них. На расстоянии от него до сих пор мельтешили другие твари, ждущие его решения, а он смотрел на этих детей. Он никогда еще не ощущал этих эмоций – спокойствие и тягу к его существу, которое согрело и… спасло? Могли ли они знать, что он сделал для них. Впервые никто не боялся его прикосновений и не пытался убежать, раздирая глотку криком ужаса. Даже чудовища способны ощущать одиночество и потому он хоть и на время, но связывал себя с другими тварям. Но они были мелочные, жадные. Им нужна была лишь пища. И не будь он сильнее их – давно сам мог умереть в когтях себе подобного. Ни о какой тяги друг другу и говорить нельзя, если ты живешь в постоянной бдительности.

Он мотнул мордой, прикрывая глаза, пытаясь сбросить с себя навязчивые мысли и странные чувства, закопошившиеся там, где всегда так пусто и темно. Выйти и оставить их у какого-нибудь дома. Их воспитают и вырастят в очередных зверушек, которые, встретив монстра, закричат и попытаются убежать. Которые будут заливаться слезами и умолять не трогать, а может попытаются убить ножом или ружьем, чтобы спасти свою жалкую вонючую шкуру. А если человек будет жить с монстром – каким он тогда станет? Желание изучить что-то новое, чтобы побороть вечную скуку заставило его шагнуть обратно в лес с этими маленькими сопящими комочками в его жестоких лапах. К тому же, он сможет увидеть ясней, решится ли какая-нибудь тварь перебороть свой страх, чтобы выжить. Так много оправданий для странных ощущений, родившихся внутри.

1.

Когда-то давно, еще до появления тени, этот лес был чем-то другим и по всей территории жили и охотились люди. Поэтому нередко в чаще можно найти одинокую обветшавшую хижину, которую теперь обжило какое-нибудь чудовище, слабо поддерживая в ней жизнь только чтобы задремать в сравнительной безопасности, а может быть в странном поиске уюта в те дни или месяцы, когда охота затихает. Он принес детей в свое убежище, к которому не смел приближаться никто в здравом уме, ибо он любовно охранял место своего обитания и мог убить любого, даже если особой надобности в этом не было. Ему пришлось многому научиться в уходе за человеческими детьми, чтобы те перестали так громко кричать, привлекая лишнее внимание. Но даже учитывая повышенный интерес, в первые годы никакое чудовище, даже находясь в самом отчаянном положении, так и не решилось нарушить границу тени. О нем было известно во всех уголках темного края и только подобные его силе могли рискнуть завести с ним «дружбу», постоянно находясь в молчаливой войне своей холодной энергетикой. Ему пришлось узнать, что люди любят тепло и поэтому нужно в холодное время растапливать печь. Ему приходилось мириться с удивленными непонимающими взглядами себе подобных, когда он ломал деревья и разрезал их в дрова, тратя силы на странное занятие. Именно из-за тяги к теплу он как какой-нибудь вредный гном из сказок воровал одежду, часто пугая чужих детей, удивляясь тому, как те кричали, только увидев его косматую морду, и как те два мальчика были спокойны в его присутствии, начиная кричать лишь тогда, когда им что-то было нужно. Но никогда он от этих двоих не ощущал страха.

Ему пришлось узнать, что дети мало того, что не едят ни сырое сердце, ни сырую плоть, так и в принципе им нужна особая еда. И пока они не подросли для нормальной пищи, все остальное он так же воровал, слишком сильно вливаясь во все человеческое. Он нашел их странное успокоение от светлячков, треска дров в камине, жужжания жуков, которых ловил им в бутылки, чтобы они могли их трясти, выуживая все новые и новые звуки. И когда они осознали новое место пребывание домом, а его – родителем, он впервые услышал странный человеческий звук – смех. Они сидели рядом с ним, дергая за черные космы, потряхивая жуков и смеясь, изредка поглядывая, будто пытаясь ему что-то сказать. На мгновение ему показалось, что его пустота внутри закрылась и наступило странное умиротворение, но тяжелые мысли растолкали все по своим местам, возвращая его сущность. В ту же ночь он ушел на охоту не за едой, а чтобы вспомнить, кто он на самом деле такой.

Он много думал над тем, что, взрослея они когда-нибудь поймут разницу между собой и им, а может быть он захотел примерить на себя личность человека, почувствовать, что значит быть одним из них, и в силу изменчивости своей сущности принял облик последнего убитого им. Он обращался в свой истинный облик лишь когда шел на охоту, практически не прячась от детей. Но те воспринимали все так спокойно, будто так и должно было быть. В первые дни даже пугались, когда он предстал перед ними не лохматой тварью, а миролюбивым осанистым мужчиной. Он общался с ними так же, как и они с ним – звуками. И стоило ему издать свой бархатистый рык, как они перестали плакать и долго всматривались в глаза, прежде чем спокойно подпустили. Интересно, подумал он, как для них важны ощущения, а не то, что они видят глазами, как у взрослых, совсем не похожих на детей. Или это дети разительно отличались от взрослых и способны были полюбить даже чудовище, если он греет и заботится о них.

Он заметил, как они нуждаются в его обществе и его общении, стоило им научиться ходить. Он часто уходил из дома и бывал сутками не появлялся, лишь следил за другими тварями, что шатались поблизости его территории. Когда он возвращался, они жались к нему и бывало заползали на его постель, когда он дремал, а сон его мог длиться чуть ли не неделями. Разве что приходилось укорачивать, дабы добывать им корма. Они одинаково спокойно обращались к обоим его обличьям, совершенно не чувствуя опасности от его клыков и когтей, хотя ему бы хватило одного молниеносного движения, чтобы лишить жизни обоих.

В очередной раз смотря на их умиротворенные спящие лица подле себя, на своеобразной кровати из шкур поверженных сильных собратьев, он почуял чужой запах, зашедший слишком далеко. Неужели кто-то все-таки решился отвоевать себе обед. Он мягко, но быстро сполз, не потревожив сна обоих и вышел, заинтересованный поведением другой твари. Тварь не только нарушила границы, но и подошла непозволительно близко к его хижине и теперь вряд ли выберется живой.

-От твоего дома исходит сладкий запах. Почему ты их давно не съел? – вопрошала она, выходя в холодный свет луны.

-Перед тем, как ты умрешь, я спрошу: зачем ты пришла сюда?

-Мы, - тварь расплылась в усмешке оскала и из тени вышли другие.

Они как-то умудрились спрятать от него свой запах, чтобы подойти незаметно. Он не знал, сколько здесь тварей и не могли ли они зайти со спины, что, наверняка, они и намеревались сделать, раз нашли такой ход. Тем лучше.

-Наконец-то я насыщусь, - его голос снова принял манеру рыка, переходя на какое-то утробное клокотание, а на морде появилась кривая плотоядная улыбка.

И в тот же момент умерла уверенность тварей в своих силах, решивших взять штурмом убежище свирепого и безжалостного убийцу, укрывающего манящие кусочки к жизни. Они уворачивались почти с той же скоростью, с какой он подлетал к ним, практически не касаясь лапами земли, будто движимой одной лишь жаждой смерти. Но все же он был быстрее. Хруст переломанного хребта, глухой удар срезанной головы о почву, в небо ударила струйкой черная жижа, заменявшая тварям кровь. Тело задергалось в конвульсиях и почти сразу свалилось к ногам тени, облизывающего свои когти, окидывая взглядом застывшую толпу. В его оскале звучал вопрос «кто следующий», но они все решили, что игра не стоит свеч. Слишком поздно. Он молнией метался от одного к другому, срезая лапы, головы, пронзая грудь подобно копью, заливая и так черную почву новыми порциями тьмы.

-Скажи, на что ты готов, чтобы выжить? – как-то неимоверно нежно проурчал он, вздергивая последнюю оставшуюся в живых тварь за горло.

-Я… буду охотиться для тебя.. охранять твою территорию… твоим оружием, - взмолился он, дергаясь в его крепкой хватке.

-Зачем мне такое жалкое оружие? – рассмеялся он, одним сильным движением сминая шею так, что позвонки превратились в порошок, а морда безвольно повисла на его руке, как и обмякшее безжизненное тело.

Когда он вернулся к хижине, он увидел мальчиков, стоявших в проеме и смотревших вдаль. Он увидел их раньше, чем они его и задался вопросом, почему они выглядели такими обеспокоенными и напуганными. Когда же они смогли разглядеть его, они оба побежали босиком по холодной почве навстречу, заливаясь детскими слезами, издаваясь звуками, которыми выражали страх. Но не тот страх, который он привык чуять к себе от людей и даже себе подобных. Они боялись, что с ним что-то случилось и он больше не вернется. Эти странные ощущения, которые породили их эмоции, свалили его на колени, будто самое сильное оружие попало пулей в самый центр его сущности. Они жались к нему, цепляясь за испачканную в чужой крови шерсть, даже не думая где он был и что делал. Они просто были рады, что он пришел.

В голове мелькнули мысли, что, если он их оставит, они неотвратимо изменят его жизнь и всю его суть. Может, даже погубят? Может быть, уже пора отдать их людям, пока они еще не выросли в полноценных взрослых. Тем более, он уже проверил и твари действительно могут рискнуть жизнью, ее же защищая. Но ему было интересно, какими взрослыми они станут, живя в таком убогом краю вместе с монстром. Он не хотел признаваться себе и решил, что просто еще не время. Впервые, неосознанно он подарил им объятья, хоть и считал их бессмысленным жестом слабых.


Категории: ШобНеЗабыть
20:19:34 Taint
Вечером 31 августа все дети из моего двора разбежались по домам очень... Natsuo.Vatashi. 04:16:43
Вечером 31 августа все дети из моего двора разбежались по домам очень рано, чтобы подготовиться к Первому сентября. Я готовилась идти в первый класс. Помню маму, которая пыталась погладить мне блузку, а пьяный батя решил выяснить с ней отношения. В состоянии аффекта мама прижгла батю утюгом. Батя не растерялся и тоже прижег маме грудь до кровавых волдырей. Я помню детей в отглаженных блузках и свою мятую форму: к утюгу прижарилась кожа, мама так и не догладила.
воскресенье, 9 декабря 2018 г.
75 SiltStrider 19:19:00
­­

ДНЕВНИК ПЛОТИ

Бесполезные размышления

(...)

Именно в этот момент, когда моя душа была обнажена и чиста, ко мне пришло озарение. И как в случае со всеми, осмелюсь сказать, религиозными откровениями, когда я пришла в чувство, мне осталось лишь ускользающее воспоминание о высшем знании, похожее на обгорелый пергамент, на котором сохранились лишь обрывочные смазанные фрагменты некогда написанных слов мудрости.

Чем сильнее я пытаюсь вспомнить это пришедшее знание, тем дальше оно ускользает от меня. Суть сохранившегося в следующем:

Боль — это сила, которая очищает, облагораживает и возвышает. Это Пламя, выжигающее примеси и исправляющее несовершенства.

Смерть — не признак слабости, так же как телосложение — не признак силы. Это то, что происходит с душой, когда она попадает в Пламя, уничтожающее людскую храбрость.

Обладающих внутренней силой Пламя Боли перековывает в оружие разрушительной остроты. Недостойных и слабых Его жар обращает во мрак и безжизненный пепел.
Вот так это звучит при всей своей непостижимости — немало для бесполезного дня. Надеюсь, завтра нас ждут более продуктивные эксперименты.

Литургия пристрастия к боли. Аниас Гейл

(...)

Все люди, включая тебя, считают, что боли надо избегать. Прятаться от нее. Страшиться. Через мои страдания и нечувствительность,­ что лишает меня способности ощущать ее, я могу сказать тебе: боль есть обычный фактор человеческого существования. Она дает нам возможность чувствовать - ценить временное убежище, занимаемое нашим духом. Боль есть величайший дар богов, когда либо данный смертным.

И ныне, когда я передаю тебе эту историю руками писца, я есть лишь обрубок человека, опутанный протекающими повязками, неспособный вновь познать наслаждение. Однако у меня есть еще одна мысль, которой хочу поделиться с тобой: прими себя таким, каков ты есть.

Слава лорду Шеогорату, ибо он открыл мне глаза.

Музыка Depeche Mode - If you want
Категории: By Coupleofkooks, Art, Шеогорат, Бесполезные размышления, Литургия пристрастия к боли, Аниас Гейл
показать предыдущие комментарии (22)
08:41:22 Lаnc
И это лишний раз доказывает, что даже не подходящий по вкусам человек после духовной близости начинает казаться красивым, потому что все его детали внешности становятся родными и любимыми) Я так даже, когда вижу в ком-то какие-то детали внешности, схожие на мою подругу, начинаю испытывать какое-то...
еще...
И это лишний раз доказывает, что даже не подходящий по вкусам человек после духовной близости начинает казаться красивым, потому что все его детали внешности становятся родными и любимыми)
Я так даже, когда вижу в ком-то какие-то детали внешности, схожие на мою подругу, начинаю испытывать какое-то тёплое чувство
00:18:38 SiltStrider
Оффтоп: не бойтесь мне возражать и указывать. Меня угнетает только эээ газлайтинг и обесценивание (ух, какие умные слова я знаю) Ходила шутка по сети: будто всем выдали инструкцию по жизни, а про меня забыли. Вот так с внешностью. Это же такая базовая фигня, откуда столько рефлексии? Никто же не...
еще...
Оффтоп: не бойтесь мне возражать и указывать. Меня угнетает только эээ газлайтинг и обесценивание (ух, какие умные слова я знаю)

Ходила шутка по сети: будто всем выдали инструкцию по жизни, а про меня забыли. Вот так с внешностью. Это же такая базовая фигня, откуда столько рефлексии? Никто же не парится, почему ему надо есть, не ноет, почему существуют продукты и не социальный ли она конструкт. Ощущение, словно у всех есть орган, отвечающий за восприятие, понимание и принятие красоты. А у меня его нет. Или ампутировали?

Я вот возмущаюсь, осуждаю, какие другие ЛуКиЗдЫ, знаете ли. А вот что насчёт меня? /внимание, сейчас будет поток сознания/ Итак, я не воспринимаю людей, как амёбных существ. У них есть форма и цвет. Зачем им форма и цвет? Несёт ли форма и цвет в себе какую-то информацию или это иллюзии? Несёт. Например, ассоциации, что толстые - ленивые и злоупотребляющие едой. Но ведь это неправда. Не все толстые такие. Я могла бы сказать, что исключение подтверждает правило, но исключений слишком много: проблемы с поджелудочной, желудком, половыми гормонами, сердечно-сосудистой­ системой, даже элементарный избыток соли, задерживающий воду в организме, вызывающий отёк. И это всё бывает причиной, а не следствием (да-да!). Т.е. внешность даёт ложную информацию? Она врёт? Она всё таки иллюзия?

Хорошо. Почему тогда, впервые увидев Э., я почувствовала в нём высокомерного, заносчивого, капризного типа, который вызывал на первый взгляд антипатию? Я отринула эти мысли, постаралась заглянуть в душу, откопать подтверждения моим негативным ощущениям. Заглядывать пришлось полгода. Усложнила себе жизнь и, не поверив интуиции, предположила, что поток поступков раскроет его иначе. Но ведь не раскрыл. Он и оказался тем, кем показался. Значит ли это, что внешность всё таки несёт полезную, честную информацию и что порою пытаться разобраться глубже - всё равно что рыться в мусорке в поиске бриллиантов?

Может, дело не во внешнем виде, а в невербалике? То, как человек говорит, смотрит, дышит, ходит, слушает, поворачивает голову - это несёт информацию, а внешность всё равно не имеет никакого значения, это просто шутка случайности и не более того, никак не выражает нутро человека? И по невербалике я распознала в нём далеко не плюшевого мишку?

Не буду лукавить: одних людей я считаю симпатичными, а других - нет (хоба!). Этим фактом не горжусь. У меня тоже есть фетиши - на голос. Чем не фетиш? Даю в своей голове 50 баллов Гриффиндору актёрам озвучки с низким тембром, хотя они, по сути, этого не заслуживают. А ещё светлоглазых, светловолосых, высоких, НЕХУДЫХ (либо средние, либо плотные, но не худые, как многим) с низким голосом я считаю более симпатичными, чем остальных. Может, генетика? Ведь я сама-то низкая, тёмненькая, очень худая, писклявая и стремлюсь к другой крайности? Да, но при всём этом я вляпалась в человека, не обделённого меланином, как и я, с довольно таки блеклым голосом. Как это произошло? Почему? Генетика, почему ты не работаешь? Где половой отбор?

А ещё, если посудить, то весь мой "фетиш" работает только абстрактно. Реальным людям профитов этого не давало. Сейчас я могу вспомнить только одного реального человека, который подпадает под вышеуказанные моменты, и при этом мне симпатичен и десятки тех, кто подпадает, и не симпатичен.

Т.е. внешность не работает? Человек может по твоим стандартам быть идеальным, но почему-то не вызывает симпатии.

Мне говорили, что ты влюбляешься не в человека, а в его отношение к тебе. Но. А как же куча отфрендзоненных людей? Я не имею в виду себя. Вот просто же бывает такое, что люди влюбляются в конченых моральных уродов, которые обращаются с главными героями как с пластиковыми стаканчиками, а нормальных претендентов записывают в друзья (я рассматриваю тот вариант, когда человек реально хорош, а не тот вариант с двачей, когда "я для неё мимикрировал под друга, а она мне нидаёт! динамщица!)? У меня тоже такое было, чего греха таить. В меня влюблялись очень хорошие лапы, совершенно адекватные, а кем я мучила себя? И я не стану винить влюблённых, потому что они этого не контролируют, более того - многие осознают, какой перед ним плохой/хороший человек, но отношение к нему поменять не могут. Было бы хорошо, если бы мы могли регулировать что чувствовать к людям. Вытирает об тебя ноги, токсичный изменщик? На помойку. Добрый, верный, трудолюбивый, остроумный? Срочно в мужья/жёны. Не работает ведь.

Т.е. и отношение не работает? Оно может быть свинским, а ты всё равно за человека почему-то держишься.


Ностальгирующий Критик в момент вынесения вердикта фильму употреблял фразу, которая меня вымораживала, потому что не позволяла поделить мир на белое и чёрное: "И да, и нет". Но сейчас я отвечу также. Видимо, внешность имеет значение. Лучшая формулировка:

­­

Дело в том, что мы встречаем ОЧЕНЬ много людей. А чем больше людей, тем больше информации они в себе несут. Не на себе, а именно в себе. И если мы будем вглядываться в каждого, разбирать по косточкам, вглядываться в биографию, то: а) мы выдохнемся на втором же человеке; б) далеко не факт, что мы не станем искать чёрную кошку в тёмной комнате, когда её там нет - т.е. не станем накручивать себя, разбираясь в сложной человеческой душе.
И чтобы сэкономить энергию, мы не лезем человеку в душу, а ждём, когда он сам преподнесёт портфолио на себя. Готовое. И это портфолио называется внешность. Вот здесь я работал. Вот такой у меня опыт и стиль работы. Вот такие у меня требования к начальству и коллегам. Вот мои навыки. Так легче же? Легче.


Думаю, встречают по одёжке именно из-за этого. Да, стереотипы тупы, поверхностны, порою очень коварны и обидны. А без них как? Они какой-никакой фундамент по отношению к другим. Уберёшь фундамент и не на чем будет строить более глубокий разбор человека как личности. Со временем ты можешь фундамент по частям изменить. Не может что-то появиться из ничего. Желудочно-кишечный тракт появился из пищеварительной вакуоли, картина с мелкими деталями - из грубого намёта расположения фигур, наше сложное отношение к человеку - из простых стереотипов. А стереотипы откуда появились? Кто их прародитель? Стереотипы насчёт внешности закладываются на генном уровне или это социальный конструкт?

Думаю, внешность имеет для нас такое значение ещё по одной причине:

­­

Почему же люди меняют внешность? Может, потому что они не чувствуют, что их внешность является портфолио их личности? Или, может, они просто мимикрируют под кого-то? Зачем людям мимикрировать? Потому что какой-то стереотип внешности выглядит в данный момент более выигрышным: из этой внешности можно выдавить расположение окружающих или даже её монетизировать. Нужно ещё вспомнить варианты мимикрии.
01:33:43 SiltStrider
i17.beon.ru/31/55/2285531/39/128470039/__.jpeg Не знаю, устала. Нужно откаллибровать это всё в голове. А ещё нужен психотерапевт. Очень. Накоплю деньги и к нему. Хотела бы себе Хаскилла. Но он занят бабочками. Нормальные люди перед сном думают о прошедшем или будущем дне, внезапно вспоминают...
еще...
­­

Не знаю, устала. Нужно откаллибровать это всё в голове. А ещё нужен психотерапевт. Очень. Накоплю деньги и к нему. Хотела бы себе Хаскилла. Но он занят бабочками.

Нормальные люди перед сном думают о прошедшем или будущем дне, внезапно вспоминают постыдный косяк, который произошёл 10 лет назад, считают овец, повторяют учебный материал, мастурбируют, в конце концов.

Я же решила, пока экономия, взять и медитировать. Но не читать мантры или молитвы. Они почему-то не помогают. Молитвы как искренний разговор со Сверхсуществом, когда ты словно звонишь ему, говоришь-говоришь в трубку, а в ответ - тишина, и тебе остаётся только догадываться, подняли ли телефон вообще - да, это здорово, но не то. А про затараторенные повторяющиеся рандомные тексты я вообще молчу. Мне же нужен был именно отчётливый диалог. В течение дня позволять себе такое - роскошь, отвлекающая от дел, задач, приводящая к эскапизму. А вот перед сном самое то.

­­ В общем, я беру и представляю себя в комнате. Для начала я в мельчайших деталях продумываю её очертания. Где она находится. На чём я сижу. Как я выгляжу. Что передо мной стоит. А потом приходит "психотерапевт" - моё расщеплённое я. Более скептичное, хладнокровное, рациональное. Я же являюсь комком иррационального, спонтанного, чувственного, того, что меня волнует, но еле формулируется. И когда этот психотерапевт садится, мы начинаем играть в психологические "шахматы". Мой ход - я выдаю претензии, проблемы, чувства, возмущения, комок эмоций, вопросы, страдания. Его ход - он словно отталкивается от всего этого "А что, если взглянуть не так, как видишь ты, а абсолютно наоборот?". И вот так мы играем-играем, пьём чай. Например, до текста выше я дошла с помощью "него": вопрос-ответ, вопрос-ответ.

А ещё "он" мне подал идею, как бороться с зависимостью от вредного кофе - заменить его полезным какао. Да, во втором тоже есть кофеин, но пользы в нём намного больше: для кожи, для сердца, для восстановительных способностей организма. И в итоге знаете что? Помогло. У меня больше нет ломки по кофе. Я просто про него забыла! Вы, наверное, смеётесь, а мне было не смешно, когда у меня тряслись руки и болело сердце от 15-20 кружки концентрированного кофеина. Это... это клёво - избавляться от зависимости. Очищаться.

Потом я засыпаю, но не замечаю, когда именно, в какой момент. Где закончилось моё сознательное и началось подсознательное? Бывало так, что я представляла нас в кабинете, мы спокойно общаемся, а потом бац - звонит будильник в шесть утра. Мы восемь часов общались? Так быстро? И не было ни одного момента, когда мы уклонились в сторону спонтанного сюрреализма? Я не могу назвать это сознательным сновидением. Да, сначала я управляю процессом, я осознаю, что это - придумала я, этот цвет придала напитку я, эти обои, пол, одежда - всё работа моего воображения. А потом это начинает жить самостоятельно. Потом из ниоткуда у кабинета меняется цвет обоев и стола. Образ психотерапевта. Без моего вмешательства.

А вдруг у Бога тоже самое? Он придумал нас, он Вездесущ, Всезнающ, как я во сне, но всё меняется, идёт само, а он лишь сидит, наблюдает и поражается. Тогда слова Вин о том, что Жизнь - это разговор с Богом, где то, что с нами происходит - Его вопросы, а то, как мы на это реагируем - наши ответы, начинают приобретать новый смысл.

И кто же меняет образ сна, если не я? Если в начале, перед тем, как заснуть, психотерапевтом управляю я с помощью логики, то потом... кто управляет им потом? Если он всего лишь я, только другое, то почему оно имеет свою волю? Эксперимент с расщеплением сознания во сне очень забавный. И зловещий.

Конечно, образ психотерапевта не оригинален. Это компиляция Хаскилла (комната, трезвомыслящий загадочный оппонент, стол), терапевтических сеансов Ганнибала с Уиллом (долгие диалоги с метафорами, где Уилл - комок сочувствия, а Ганнибал - рассуждения) и разговоров Алисы с её психиатром (гипнозы, настойчивость, даже навязчивость врача).

Однако, если задуматься, удачная ли вышла компиляция? Из кого она состоит? Ведь Ганнибал - это опасный социопат, нарцисс, каннибал, манипулятор, он разрушал личность Уилла, запутывал его и строил всё "лечение" на газлайтинге.

Тоже самое можно сказать о враче Алисы, но там, несмотря на то, что он не был каннибалом, ЛУЧШЕ БЫ ОН БЫЛ КАННИБАЛОМ.

И остаётся Хаскилл. Вы думаете, он так прост, как кажется? Ну, для начала, Хаскилл — это лишь отпечаток (что в чем-то роднит его с Бездушным) смертного, который в свое время «мантлил» Шеогората (по всей видимости, во время одного из Серых Маршей). Это пустая оболочка. Тело. Без души. Душу выжрал Шеогорат. Разве это не страшно? С тобой общается овощ под личиной человека. Что-то там бубнит, изображает из себя. А это просто зомби.

«Это то имя, которое я дал тебе. Ты лишь след бывшего себя. Некто бездушный. Пустой сосуд, что жаждет быть наполненным. Именно это предсказывали cвитки, хотя я представлял себе это по-другому».

К чему эти отступления? К тому, что если база у меня такая мерзопакостная, состоящая из социопатов, маньяков, манипуляторов и овощей, то кого я построила на их основе? Построила ли я себе своё Второе я? Или эта попытка разобраться в себе добьёт меня окончательно?
01:46:08 SiltStrider
Хочу себе собаку. И чтобы еда сама готовилась. [удалю потом]
суббота, 8 декабря 2018 г.
kseniia 21 июля 2017 г. 11:23:20 написала в своём дневнике Жизнь проносится мимо mz. hyde 14:37:12

we are loud like love


­­Хочу переносить в этот бложик старые записи, потому что именно тут я хочу собрать всю сборную солянку своих недо/пере мыслей и мыслительных процессов. Почему-то именно в этом блоге я смогла сохранить грань между желаемой собой и собой настоящей. Так пусть же тут покоится моя душа до конца.Этот пост я посвятила своему прошлому и году, который досконально не отображен нигде, совсем нигде. А так же затронула тему смерти и самоубийства. Наверное, писать об этом, вспоминать и снова переживать заново все те фрагменты 2016 года (зима-осень) было сложнее всего.

­­

Подробнее…
Хуже смерти или убийства — только самоубийство. Я изучала этот вопрос много лет, заинтересовал он меня еще лет в пятнадцать, когда мир вокруг меня начал стремительно меняться и я перестала быть там, где привыкла быть. Стрессовые и тяжелые моменты доводили меня до того, что я просто хотела опустить руки и сдаться. Мне казалось, что в этом мире уже не осталось ничего светлого ради чего еще стоит жить и бороться. Спустя еще полгода я начала читать эссе Камю об абсурде и самоубийстве, точнее будет сказать что само его эссе направлено на то, что абсурдность мира приводит к самоубийству, но в пятнадцать с половиной лет трактовка его эссе казалась мне другой, до истины я докопалась уже спустя несколько лет, когда смогла более здраво оценивать каждое слово. Все это я пишу не просто так, не просто так ворошу самые неприятные воспоминания своего больного сознания, пару дней назад покончил с собой кумир моего детства и моей юности — солист Linkin Park. Я прекрасно знаю и понимаю, что приводит человека к подобному, а если он уже к этому пришел, то точно никому не скажет о своем решении. До тех пор пока человек борется за свою жизнь, пока точка еще не стоит, его подсознание подтолкнет его к тому, чтобы сказать о своем решении хоть кому-то и именно тогда хоть кто-то, но сможет его остановить. Так останавливали и меня. Но мои приступы в желании отказаться от жизни скорее напоминали детское недовольство и бунт. Впервые я задумалась об этом около восьми лет, я просто хотела, чтобы обо мне заботились. Я хотела так привлечь внимание. Истинная природа самоубийства глубже, да и грань между жизнью и смертью очень тонка. Если ее перейти — очень сложно вернуться назад. Все, что тебя окружает, все, с чем ты сталкиваешься изо дня в день начинает казаться тебе глупым, ненужным, лишенным смысла и радости. Смерть как избавление от боли. Смерть как конец страданий. Но истина в том, что этот конец прокладывает новое начало, начало новой боли, боли такой необузданной и дикой. И это боль родных. Всегда, каждый раз, какие бы безумные не были события жизни вокруг меня, что бы ни толкало меня на попытку закончить со всем — я вспоминала маму. Она единственное, что держало меня, я очень боялась причинить ей настолько сильную боль, она бы точно не справилась.

Я хорошо помню момент, когда начала уже сходить с ума. Это было тяжелое время в моей жизни, рядом со мной был человек, который нарочно изводил меня, доводил до истерик, до самоненависти, до такого дикого состояния, что мне просто хотелось лечь и умирать. Я не хотела есть, я не хотела спать, я не хотела выходить на улицу и кого-либо видеть. Я просто хотела лежать и умирать. Это было около года назад, я сильно похудела, заболела и с трудом вообще могла что-либо делать. Чтобы выбраться из этого состояния мне понадобился месяц, но для того, чтобы покончить с этим раз и навсегда — мне необходимо было оборвать то, что меня так сильно угнетало. И это был мой бывший парень. Ирония в том, что он тоже пытался вытянуть меня из этого состояния, но делал только хуже. Каждая его реплика и каждый диалог выводил меня на то, чтобы я снова начала плакать и биться в истерике. Я уже не помню всего, я не помню всех диалогов, всех моментов. Но отчетливо запомнила как он сказал, что когда я плачу — он чувствует, что я его люблю. Таким образом, человек просто раздувал свое эго за счет меня, за счет того, что я мучилась. Самым страшным был момент, когда я в истерике со всей силы кинула чашку с чаем на пол, а меня саму начало трясти. Такой сильной истерики у меня не было никогда. Я пыталась держать это в себе, старалась не плакать, я терпела каждое сказанное им едкое слово, но я не выдержала. Меня трясло так, что он понес меня в ванну и я обливалась ледяной водой. После этого случая мы встречались еще около двух месяцев. Я не знаю как я выдержала это, но точно знаю, что моя нервная система очень сильно истощала. Сейчас я стараюсь всеми силами ее восстановить, но мысли о самоубийстве посещают меня до сих пор. У меня начали развиваться комплексы, природу которых я не могу описать. На фоне истерик и нервных срывов у меня были достаточно длительные задержки месячных и гормональные сбои. Я ходила к гинекологу, я лечилась, я старалась оборвать все контакты с бывшим, но даже тогда он старательно напоминал о себе. Приходил ко мне домой, звонил, стучал, пытался выломать дверь. А если не приходил, то просто звонил. Это состояние, когда я хотела с ним расстаться, а он не хотел меня отпустить, длилось около месяца. Меня спасало лишь то, что у меня был первый в жизни проект и зал, только так я могла отвлекаться от всего. Мы расстались 6 ноября, но все еще я до конца не отошла от того, что было со мной. Разумеется, рядом со мной сейчас прекрасный мужчина, которого я очень люблю и верю в него, почти полгода мы живем вместе, он старше меня и во многих вещах умнее. Я могу на него покласться, я могу ему верить. Но порой состояние годичной давности накатывает. Оно приходит как бы между прочим. Маленькое сомнение, маленькая неуверенность в себе доходит до таких размеров, что я с трудом останавливаю этот конвейер. Каждая мысль порождает новую, мои страхи усиливаются, порой я снова хочу опустить руки, но стараюсь этого не делать. В апреле-мае, кстати, у меня был снова срыв, из-за которого я снова не могла выходить из дома, я боялась, мне было плохо везде, где я не дома. Только недавно я смогла окончательно сразиться с этим мерзким ощущением и начать двигаться дальше.


Но все это я говорила не просто так, писала не просто так. Если однажды вы задумались о самоубийстве всерьез, если вы правда не хотели жить изо всех своих сил — это чувство все равно вернется к вам, как бы далеко вы от него не бежали. Желание убить себя, навязчивое и хаотичное — это болезнь, это нервное расстройство. Но как бы не было тяжело, каким бы абсурдным ни казался бы вам мир, как бы сильно вам не хотелось бы со всем закончить — не делайте это. Смерть не конец мучений, а лишь начало для новых. И если вы чувствуете, что что-то в жизни пошло не так, что-то вас не устраивает до такой степени, что жить не хочется — меняйтесь! Меняйтесь черт побери. Меняйте себя, свое окружение, свою работу, да бросьте черт побери семью и отчий дом, делайте все, чтобы снова вдохнуть в себя жизнь и понять, что она прекрасна. И я верю в то, что она у нас одна. Как бы не было тяжело, верьте в себя и в свои силы, со всем можно справиться. Люди и правда могут сделать очень и очень много, достаточно вспомнить, что раньше они пользовались свечами и не думали, что в наше время электричество будет повсюду, люди со всего мира смогут общаться друг с другом, не выходя из дома. Это огромный прогресс человечества, а значит и каждый из нас может сделать над собой усилие, чтобы идти дальше. У каждого своя трагедия, своя история, своя жизнь. Но я верю, что любую боль можно преодолеть и пересилить, как с чьей-то помощью, так и самостоятельно.



Категории: Это сейчас так больно. Будет легче, Старые записи
~[Германиия-Факты о Германии]~6(The end) WinterWhiteTiger 06:06:16
Guten Morgen!. 76. Самое близкое по вкусу к советскому пломбиру мороженное в Германии — в Мак-Дональдсе
77. Немцы сентиментальны и на удивление романтичны.
78. Немцы, общаясь с русскими друзьями, часто говорят «Я — немецкая картошка».
79. Менталитет немцев таков, что они не лезут в драку первыми. Но, если драка уже началась, часто бьются до последнего.
80. К сожалению, в Германии много педофилов. Впрочем в России их, наверное, просто очень больно бьют. А здесь — нельзя. Даже посадить его трудно.
81. В Германии в порядке вещей, когда девушка и парень платят каждый сам за себя. Если ты платишь за девушку, это может быть расценено как неожиданная щедрость или претензии на ее независимость.
82. Германские полицейские, как правило, не ищут лишнего героизма. Бывают исключения. Но редко.
83. В Германии получить больничный на три дня не составляет никаких проблем.
84. В Германии чем свирепей шеф-повар, тем вкуснее приготовленное им мясо.
85. Если у вас государственная, а не приватная медицинская страховка, ожидание приема у врача может длиться несколько недель.
86. Когда был составлен германский список самых опасных пород собак, туда не попала ни одна немецкая порода, даже опережающая другие по количеству немотивированных нападений на человека.
87. Немецкая кнайпа — небольшая пивная, скорее клуб, где многие немцы среднего и старшего возраста коротают вечера засиживаясь в кнайпе порой до ночи, а владелец практически живет в ней. Сколько интересных историй можно услышать там от старинных завсегдатаев, за стаканчиком пива...
88. В Германии очень многие не курят.
89. Смешанные пары встречаются в Германии очень часто. Африканские парни часто выбирают себе неимоверно толстых немок. Это традиция. Для африканца иметь толстую жену большая гордость. Значит он настолько богат, что может ее прокормить. Ну, а толстые немки, идя рядом с эбонитовым красавцем, вполне довольны и жизнью и наконец-то — собой.
90. На многих муниципальных зданиях в Германии сохранились